ФЭНДОМ


Навеки обложка

О рассказе также можно прочесть здесь.

Примечание: рассказ является полностью самостоятельным произведением.


Навеки

17 июня  2006 года

Из комнаты с подопытными вновь донеслось страшное рычание и скрип прутьев клеток, пока еще выдерживающих слепую ярость монстров, некогда бывших людьми. Игорь опасливо покосился на дверь в лабораторию, около которой стояли два охранника, и вновь взялся за ручку. «…уже неделю подопытные бесятся. Никто из лаборантов не может подойти к ним, уже двое сдохли от истощения. Но №16 еще держится, с-сучара… желаю ему сдохнуть поскорее».

Игорь посмотрел на фотографию в черной траурной рамке, стоящую на столе. Единственная вещь, которую он всегда носил с собой. Память о погибшей семье — жене Татьяне и маленьком, трехлетнем сыне Алике… Игорь хорошо помнил выражение лица убийцы, посмотревшего молодому вдовцу в глаза. Этот урод ради непонятно чего убил молодую женщину и ребенка. А еще Игорь хорошо помнил выражение лица убийцы, который узнал в лаборанте, ставившем на его руке клеймо «16», того вдовца из зала суда.

Игорь быстро перелистал дневник к самому началу, ко второй странице, и в очередной раз перечитал короткую запись, наполненную торжеством мстителя, понявшего, что справедливость скоро восторжествует:

«Сегодня к нам прислали первую партию подопытных. О, каково же было мое торжество, когда в списке заключенных под номером 16 я увидел инициалы того козла! Того, кто сидел за решеткой в зале суда и испуганным выражением небритой морды смотрел в мои злые глаза… сама судьба предоставила мне возможность отомстить за семью! И пусть я буду просто лаборантом, я безумно рад, что приложу руку к приданию этому зверю его первоначального облика!..»

Игорь снова вернулся к последней записи и продолжил писать.

«Со времени того происшествия (см. с. 47) прошло уже больше недели, но приборы так и не заработали. Электронщики говорят, погорели какие-то платы, а запасники пустые. Связь с центральной лабораторией так и не восстановилась. Пару дней назад охранники пытались сделать рейд на поверхность и даже вышли за территорию объекта, попутно обыскав сам объект и найдя мертвой всю внешнюю охрану. Но потом они нарвались на какой-то странный феномен, который иначе как аномалией и не назовешь. Короче, одного из охранников вдруг резко дернуло в сторону, подняло в воздух, а затем разорвало на части. Остальные жутко перепугались и вернулись назад.

А вчера у нас чуть прорыв снаружи не случился. Кто-то долго и нудно стучался снаружи в дверь, и один из охранников открыл. Внутрь ввалилось нечто в изорванном похоронном костюме, покрытое струпьями отваливающейся кожи. Отсек сразу же заполнило невыносимой вонью. А «гость», недолго думая, впился кривыми пальцами охраннику в глотку и вырвал кадык. Остальные бойцы, естественно, открыли огонь, но это существо двигалось до тех пор, пока от него не остались лишь клочки плоти, раскиданные по всему отсеку. После этого вся охранная смена слегла от неизвестной болезни, являвшейся, вероятно, чем-то вроде мутации чумы. А сегодня в изоляторе нашли активно разлагающиеся трупы. Не понимаю, как процессы гниения протекают так быстро… видимо, это из-за болезни. Хорошо, что лаборантам, оттиравшим отсек, выдали гермокостюмы».

Неожиданно в комнату отдыха ворвался лаборант Витя Булгаков со своим вечным другом Леней Леонидовым, и они хором проорали:

— Игорь, там технари стационарную рацию починили! А наверху почти рота нас ждет, в двери стучится! Там и БТР’ы есть! Спасены, Игорь! — с этими словами Витя бросился обниматься.

Игорь тоже был рад, но не настолько. Оба же прибежавших же были допущены к обслуживанию резервуаров нижней лаборатории. Видимо, они знали больше, чем Игорь.

Неожиданно из лаборатории донесся хруст ломающихся прутьев, а затем — торжествующее рычание выбравшегося наружу мутанта. Охранники у входа резко вздернулись и сунулись внутрь. И почти сразу же один из них отлетел, словно от удара молотом. Второй охранник открыл огонь. Из лаборатории послышалось болезненное рычание, а затем хруст еще одной клетки.

Виталий резко побледнел, губы, еще секунду назад растянутые в улыбку, медленно выпрямлялись. Леонид, в прошлом служивший в спецназе, выдернул из набедренной кобуры ПМ и открыл огонь по подопытному, выпрыгнувшему из дверного проема.

Витя заорал:

— Валим отсюда! Быстрее! Леня!

Леня лишь отрицательно качнул головой и сменил магазин.

Первый подопытный как-то странно пошатнулся, а затем руки мутанта подогнулись, и он упал на грудь. А из лаборантской уже выпрыгнул следующий. Он резко подскочил к слабо шевелившемуся на полу охраннику, одним ударом сломал ему шею и рванул из сумки противогаз со шлангом, тут же надев его на себя. Противогаз явно был мал подопытному: его безгубая пасть оставалась открыта. На плече виднелось глубокое клеймо: 16.

Второй охранник резко вскрикнул и открыл беспорядочный огонь. Засвистели рикошеты, Игорь с Виталием упали на землю. Одна из пуль со звоном разбила стекло рамки. Мутант как-то странно повернулся и одним прыжком преодолел расстояние до столика, где стояла рамка с фотографией, пробитой пулей. Леня, получив попутный удар ногой, без чувств рухнул на землю.

Мутант резко затормозил перед самым столом, ударив в него ногой. Мелкие предметы посыпались на пол. Со звоном упала и разбилась раритетная в лаборатории глиняная кружка. Металлически застучала по плиткам ручка… а подопытный под номером «16» взял в руки фотографию моей жены и дочери. Пальцы мутанта порезались об острые осколки разбившегося стекла. Номер шестнадцать секунду посмотрел на фото, пробитое пулей, а затем повернул голову в сторону охранника, судорожно пытавшегося вставить магазин в паз. Тот, увидев за стеклышками противогаза взгляд мутанта, словно понял, что обречен, и продолжил попытки перезарядиться с удвоенной скоростью. Подопытный же аккуратно поставил фото на стол, а затем резким рывком бросился на охранника. Так и не вставленный в винтовку магазин отлетел в сторону. Кровь алой струйкой потекла по голубой плитке, пробегая по щелям меж плиток как по желобам.

Витя с выражением крайнего ужаса на лице отползал назад, бормоча про себя все молитвы, которые мог вспомнить. Игорь развернулся, чтобы поползти вслед за ним, но в голове будто голос прозвучал: «Нет! Наверх нельзя, там смерть. Забери Лёнин ПМ, быстрее!». Игорь резко развернулся и подполз к пистолету, отлетевшему к ножке стола, и подтянул его к себе кончиками пальцев.

По лестнице прогремели тяжелые армейские берцы. На лице Вити появилась надежда, он вскочил на ноги и выбежал в коридор...

Прогремела автоматная очередь. Виталий споткнулся. На его светло-голубом халате появилось четыре дырочки, вокруг которых медленно расплывались темно-красные пятна. В следующую секунду тело с грохотом упало на землю.

Номер шестнадцать резко рванулся к фотографии, одним движением достал ее из рамки и прыгнул к противоположному выходу. Там он резко дернул вентиль на какой-то трубе, шедшей под потолком, и выпрыгнул в проем.

В коридоре раздался взрыв, волна огня выплеснулась в помещение; затем перекинулась на обшивку трубы, оставив рядом с вентилем струю горящего газа.

В комнату вбежал отряд военных в полном боевом обмундировании. Игорь замер за перевернутым столом, изо всех сил пытаясь быть незамеченным. В лаборатории захрустело сразу четыре решетки, и бойцы, взяв автоматы наизготовку, двинулись к лаборатории.

Первым выскочил подопытный под номером 11, встреченный слаженным залпом семерых спецназовцев. Мутанта повело в сторону, он зацепился за какую-то железку и опрокинул ее, вызвав сноп искр. Воздух тут же взорвался волной огня. Игорь почувствовал, как сгорают брови и ресницы, и попытался закрыться рукой, на которой тлели волосы.

Военные снова открыли огонь, мутант заорал от боли и откинулся на спину. Игорь рванулся к двери в подсобные помещения, серым прямоугольником выделявшейся на стене, выложенной голубым кафелем. Удар ногой выломал замок двери, открывая лаборанту путь внутрь технических помещений. Один из военных рванулся было к двери, но в следующую секунду замки клеток в лаборатории массово захрустели, и вновь загремели выстрелы…

***

3 дня спустя

На стене, покрытой толстым слоем труб и проводом, проявились пятна фонарей, и Игорь сильнее сжал пистолет Леонида.

Он уже третий день сидел в этих технических катакомбах в надежде, что военные уйдут. Он уже понял, что спецназовцы получили приказ на зачистку лаборатории от кого бы то ни было, будь то человек или подопытный. Поэтому попадаться на глаза военным точно не стоило, проще уж просто поднести пистолет к виску. Однако Игорь не собирался умирать.

Свет от фонарей стал ярче, и Игорь еще глубже вжался в углубление в стене, непонятно зачем здесь сделанное. Из-за поворота показался ствол автомата, затем — голова бойца, а затем остальное тело. Он быстро осмотрел тупик и повернулся, направляясь вслед за напарником. Выждав еще несколько минут, Игорь облегченно выдохнул и юркнул в ответвление, из которого пришли военные. В той стороне Игорь обнаружил выход, закрытый кабелями. Он нашел его случайно, когда во время прорыва убегал от военных. Игорь зацепился за какую-то железяку и упал. Перед носом оказалась щель в стене. Внимательно осмотрев близлежащее пространство, Игорь пришел к выводу, что это дверь. И уже третий день он перепиливает кабеля, чтобы добраться до заветной дверцы. Именно поэтому сюда зачастили военные.

Игорь подошел к разрыву кабелей и вновь взялся за проржавевшую ножовку, когда-то кинутую здесь. Оставалось перепилить последний кабель, вернее, его половину.

Наконец путь был свободен. Игорь попытался толкнуть дверь рукой, однако у него ничего не вышло. Неожиданно справа появились пятна от фонарей. Военные возвращаются! Игорь с удвоенным усердием принялся долбить в дверь руками и ногами, уже ноющими от боли.

Дверь с хрустом отворилась, и в ту же секунду из-за поворота показалась голова спецназовца с автоматом перед глазами. Он увидел фигуру Игоря в измазанном халате с торчащей из кармана полупустой бутылкой воды, и нажал на спуск.

Игорь испуганно нырнул в темный провал прохода, а за его спиной из бетонного пола выбило фонтанчики пыли. Армейские берцы гулко затопали, сообщая о переходе солдат на бег. В тусклом свете оранжевых ламп аварийного освещения Игорь увидел старую заржавленную лестницу наверх. Он со всех ног бросился к лестнице и, мгновенно взлетев по ней, уперся плечами в закрывающий небо люк. Судя по пробивающимся сквозь дыры в люке лучам, на улице был самый разгар дня.

Люк никак не поддавался. Игорь ослабил напор, набрал побольше воздуха и вновь начал толкать его. Тот начал подаваться под усилиями лаборанта.

Наконец металлический блин поднялся достаточно, и Игорь сдвинул его в сторону, затем вылез наверх. В глаза ударил яркий солнечный свет. Игорь прикрылся от него рукой и принялся задвигать люк обратно. Снизу донесся дробный стук берцев, затем матерщина и крики. Игорь задвинул люк. В него немедленно ударило несколько пуль, но металл был слишком толстым. Лаборант поднес к одному из отверстий в люке пистолет и дважды выстрелил. Снизу послышался короткий вскрик и падение тела, а затем в металл ударил целый шквал пуль. Игорь испуганно отшатнулся, а затем повернулся и двинулся вперед…

***

8 сентября 2012 года

Игорь опрокинул в рот очередной стакан и в который раз огладил нагрудный карман. Пустой нагрудный карман. Шесть лет назад там лежала фотография погибшей семьи. А теперь она в руках этого негодяя под номером 16! В руках ублюдка, виновного в смерти жены и сына! В бессильной злобе Игорь ударил стаканом в стойку. Остатки пойла расплескались по стойке, послышался хруст, однако советский граненый стакан выдержал. Бармен с недовольным видом подошел к сталкеру.

— Ты это, Лаборант… не бузи, давай. Стаканы нынче дефицитные, особенно после того как алкаш этот, Прореха, взял моду стаканы долбить. Теперь приходится некоторым в металлических кружках подавать. Тьфу ты…

Бармен со скорбным лицом отошел в дальний угол помещения и вновь принялся отскребать с граней стакана мушиное дерьмо и сальные пятна.

Игорь отцепился от стойки и нетвердым шагом направился к выходу из Бара, по пути собрав собой все углы столов. Бармен лишь покачал головой. Парень круглые сутки пьет, эдак и от цирроза печени загнуться недолго…

А в голове сталкера тем временем созрело твердое решение вернуться в лабораторию и вырвать из рук мутировавшего ублюдка реликвию семейных руин. Идея осталась и поутру, не выветрившись вместе с алкоголем из головы. Тогда Игорь понял, что не может больше заливать горечь расставания с единственной вещью, связывавшей его с потусторонним миром. Он должен вернуть фотографию.

Наспех закинув в себя банку говяжьих консерв и залив почти ставшее перманентным похмелье из трехсотграммовой фляжки, Игорь накинул рюкзак на плечи, перехлестнул через шею ремень потрепанного, но еще готового прослужить не один год АК-47 и передернул затвор ПМ с вырезанным именем «Лёня» на ручке. Надпись эту сделал уже сам Игорь в память о погибшем друге. Этот пистолет прошел вместе с лаборантом сквозь шестилетнюю толщу времени. Шесть девятимиллиметровых «маслят», остававшихся в обойме, дважды спасли Игорю жизнь, пока он шел к границе Зоны. И еще раз пустой пистолет с затвором, вернувшимся на законное место, спас жизнь Игорю уже за пределами аномальной территории, когда на него налетели какие-то гопники. Он сумел припугнуть их видом вороненой «волыны», покрытой слоем Зоновской пыли и грязи.

***

Люк был все на том же месте, прикрытый слоем земли и пыли. Игорь даже смог найти обе гильзы, оставшиеся здесь после тех двух выстрелов.

С трудом сдвинув металлический блин в сторону, Игорь в первый момент чуть не свалился вниз. В столбе света, проходящем сквозь отверстие люка, на сталкера смотрел ощерившийся череп в ржавой каске и истлевшем камуфляже. На выцветшем, покрытом дырами рукаве камуфляжа висела нашивка спецназа ГРУ. «Черт! Прямо как взгляд с того света…», мелькнула мысль.

Игорь спустился по скользким от ржавчины металлическим скобам вниз и включил добротный налобный шахтерский фонарь. Затем поудобнее ухватил АК и двинулся вперед.

Все здесь было такое же, как и шесть лет назад. Все тот же красный свет аварийных ламп, разве что, чуть более блеклый из-за кое-где разбившихся и запачкавшихся плафонов. Все тот же полуистлевший мусор на полу. Те же горстки гильз в местах активной перестрелки.

Игорь по памяти прошел маршрутом, врезавшимся в память за те трое суток, проведенных здесь с пистолетом в руках и бутылкой грязной воды в кармане. Дверь в комнату отдыха неожиданно громко заскрипела, и Игорь шагнул внутрь. В лицо ударил резкий жар, и сталкер увидел сгусток пламени, несущийся прямо на него. Палец сам нашел спуск, и автомат извергнул поток свинца. Пули беспрепятственно пролетали сквозь странное образование. Некоторые плавились и раскаленными каплями падали на пол. Другие ударяли в стену, выбивая из нее обломки голубого кафеля. Игорь прекратил стрельбу и перекатом ушел от сгустка. Тот пролетел мимо, раскалив ткань камуфляжа на спине. Игорь почувствовал запах паленых нитей.

Едва сгусток отдалился от сталкера, тот рванулся к дверному проему. Поперек него лежал скелет в остатках синего халата. Среди потемневших костей ярко выделялся девственно-белый бейдж с надписью «Виталий Булгаков. Старший лаборант». Игорь на ходу снял армейскую кепку в честь погибшего друга и продолжил движение.

Коридор был заполнен раздавленными гильзами от патронов 5,45х39. Кое-где лежали отдельные кости. В конце коридора лежал цельный скелет со сломанными ребрами и левой рукой.

Игорь остановился перед гермодверью, ведущей на минус первый уровень, и оперся на стену, успокаивая ходящую ходуном грудную клетку. Нечаянно дотронувшись до металлического казенника автомата, сталкер с шипением отдернул руку: металл был раскален странным сгустком.

Что-то стукнуло Игорю в голову: нужно идти вниз, на минус третий. Фотография там. Сталкер обтянул перчатки так, чтобы руки меньше жгло, поудобнее перехватил АК и направился к двери, ведущей вниз.

Дверь толщиной в несколько десятков сантиметров была открыта. Аварийная лампа была единственным источником света, обагряя лестничную клетку. Игорь спустился вниз, ведомый интуицией, и безошибочно вышел к двери в центр управления, хотя ни разу не был на нижнем уровне. Шлюз туда также был открыт. Сталкер вошел внутрь, осматривая помещение в белом пятне налобника.

Судя по всему, здесь тоже проводились какие-то эксперименты. Вдоль стены стояли автоклавы с какими-то недоросшими существами внутри. Часть автоклавов была разбита, и плитка вокруг них была покрыта коростой застывшего физраствора.

Игорь осторожно вышел на середину зала, сжимая в руках автомат, и направил фонарь на лестницу, которая вела в центр обработки данных. У раскрытой двери полустоял-полусидел снорк. Даже на таком расстоянии Игорь безошибочно разглядел клеймо на руке подопытного: «16». Ярость раскаленным гейзером вскипела в человеке, и он открыл огонь.

Снорк неуловимым смещением ушел с линии огня, и длинная очередь впилась в стену, разнося на куски голубой кафель. Мутант с глухим рычанием рванулся на сталкера, преодолев дистанцию одним гигантским прыжком. Игорь на секунду отпустил крючок и навел ствол на мутанта, однако выстрелить не успел. Подопытный резким ударом выбил автомат из рук Лаборанта и сбил его с ног, пытаясь добраться до горла. Игорь достал из ножен добротный боевой штык-нож к своему АКМ и со всего размаха ударил мутанту в спину. Номер шестнадцать взвился, рыча от боли, и отпрыгнул в сторону. Сталкер встал на ноги и, перекинув нож в левую руку, правой достал из кобуры ПМ с надписью «Лёня». Снорк зло зарычал, и Игорь выстрелил. Пуля ударила в кафель пола и с визгом отрикошетила мутанту в брюхо. Подопытный дернулся и снова предпринял попытку атаковать. Игорь сделал еще два выстрела, после чего резко присел, выставляя вверх лезвие штык-ножа. Снорк, не ожидавший такого, машинально прыгнул и налетел на нож, вырывая его из руки сталкера. Нож вспорол мутанту живот, выпуская наружу потроха. Лаборант резко развернулся и четырежды выстрелил номеру шестнадцать в голову. Затем подошел к нему и принялся обыскивать, задержав дыхание.

Вскоре фотография была найдена. Игорь радостно развернул ее и принялся любоваться семьей, застывшей на выцветшей бумаге. Затем он сложил фото вчетверо и хотел подобрать автомат, но тут взгляд зацепился за рукописные строчки на обратной стороне. Игорь ошеломленно развернул фото. На пожелтевшем обороте было написано несколько корявых карандашных строк..

«Таня, зачем? Зачем ты ушла? Ушла к этому недоученому? Зачем? Я тебя искренне любил, от всей души… и ребенка своего тоже любил… прости меня, Таня, прости! Я не хотел тебя убивать! Не хотел!!!»

Игорь ошеломленно отошел к стене и, опершись на нее, сполз на пол. Как же так? Получается, Алик — не его сын, а сын этого номера шестнадцать? Я своей настойчивостью разорвал его жизнь! Убил его прямо в сердце! Еще тогда, когда женился на Татьяне… А то, над чем он издевался на протяжении нескольких лет, было уже не человеком. Одной лишь оболочкой…

Повинуясь внезапному порыву, Игорь достал из кобуры пистолет и поднес его к подбородку. Спустя секунду последняя, восьмая гильза, со звоном упала на кафель лаборатории.

Подпись3
Кулибин 17:03, января 5, 2017

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.